04.08.2022
Космический демарш. Что Россия потеряет от ухода с МКС

Эксперты считают решение Роскосмоса досрочно выйти из проекта Международной космической станции политическим и говорят о его негативных последствиях для российской космической отрасли.

НАСА: “Россия опровергла уход с МКС до постройки своей станции”

Вечером в среду агентство Reuters сообщило со ссылкой на руководителя программы пилотируемых полетов НАСА Кэти Людерс, что российская сторона еще во вторник, после слов Юрия Борисова на встрече с Владимиром Путиным, сообщила американскому космическому агентству: она останется на МКС как минимум до постройки собственной космической станции. “На рабочем уровне мы не видим признаков того, что что-то меняется”, – сказала Людерс.

Новый глава Роскосмоса Юрий Борисов на встрече с Владимиром Путиным заявил, что Россия выйдет из проекта МКС “после 2024 года”. “Безусловно, мы выполним все свои обязательства перед нашими партнерами, но решение об уходе с этой станции после 2024 года принято”, – сказал Борисов, добавив, что к этому моменту должно начаться формирование новой российской орбитальной станции. Представитель Госдепа США Нед Прайс сказал, что заявление Борисова стало для США сюрпризом и назвал предстоящий выход России из проекта “печальным событием”. Зато глава Space X Илон Маск не упустил возможности потроллить Россию, написав под твитом с новостью о ее уходе с МКС всего два слова: Bon voyage.

Позже пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков пояснил, что решение о выходе из МКС было принято не в день встречи Борисова с Путиным, а “еще раньше”. Действительно, еще в апреле 2021 года Юрий Борисов (на тот момент вице-премьер, курирующий в том числе и космическую отрасль) уже говорил о планах выйти из проекта МКС и сконцентрироваться на национальной космической станции, правда, тогда речь шла о периоде после 2025, а не 2024 года. Руководитель полета российского сегмента МКС Владимир Соловьев тогда же спрогнозировал, что с этого момента начнется “лавинообразный выход из строя” элементов Международной космической станции.

Читать  Плохое поведение Израиля

В конце июля 2021 года к российскому сегменту МКС был пристыкован новый модуль “Наука” – космический долгострой, вывод которого на орбиту откладывался на протяжении почти 15 лет. Всего несколько дней спустя Роскосмос заявил, что старение оборудования в российском сегменте Международной космической станции после 2024 года создаст дополнительные риски. В госкорпорации назвали предположительный срок завершения эксплуатации МКС – 2028 год.

Стыковка модуля “Наука” с МКС

Действующий международный договор предполагает эксплуатацию МКС до 2024 года, однако еще в 2020 году тогдашний глава Роскосмоса Дмитрий Рогозин рассказывал о переговорах о продлении проекта до 2028 или 2030 года. NASA, несмотря на предстоящий выход России, все еще планирует эксплуатировать МКС до 2030 года.

Если Россия полностью откажется от работы на МКС уже в 2024 году, российские космонавты рискуют на какое-то время остаться вообще без полетов. РОСС (Российская орбитальная служебная станция) пока не существует даже на бумаге. По самым оптимистичным оценкам первый модуль РОСС отправится на орбиту не ранее 2025 года – им должен стать “Научно-энергетический модуль” (НЭМ), который ранее предполагалось пристыковать к МКС. В мае 2022 года Рогозин утверждал, что НЭМ находится в “высокой степени готовности”. Какой будет станция РОСС, пока точно не известно. Судя по заявлениям Роскосмоса, скорее всего, станция будет не обитаемой, как МКС, а “посещаемой”, то есть постоянного экипажа на ней не будет.

2024 год, о котором на встрече с Путиным сказал глава Роскосмоса, – это срок принятия решения об очередном продлении работы российского сегмента МКС. По словам члена Северо-западной организации Федерации космонавтики России Александра Хохлова, российские модули станции вполне могут работать и после этого срока, поэтому уход России из проекта будет политическим решением:

“Я считаю, что это политическое решение, необходимое, чтобы обосновать создание новой станции. “Мы уходим, поэтому давайте выделять деньги на новую станцию, давайте включать ее в Федеральную космическую программу”. Я думаю, что вопросы проблем с эксплуатацией российского сегмента стоят здесь на втором месте. Да, там есть проблемы, мы не знаем всего их объема, сейчас замалчивается даже информация об утечке воздуха с модуля “Звезда”. Но сейчас это решение ложится в политическую повестку, и цель слов Борисова не только в том, чтобы получить финансирование, но и чтобы написать в СМИ, что Россия не собирается продлевать совместную работу с американцами. Партнеры по МКС продлевают работу станции каждые 4–5 лет. Решение об этом готовится заранее, во время предыдущего срока. Это во многом бумажная работа, документы оформляются каждым участником проекта, то есть Европейским космическим агентством, японцами, канадцами, НАСА и Роскосмосом. В 2024 году все страны, которые решат работать дальше, должны будут подписать соглашение о продлении срока эксплуатации МКС на очередные несколько лет. Сейчас все настроены продлять до 2028 года: и Европа, и Канада, и Япония, и США. Россия тоже была готова, но теперь, вероятно, делать этого не будет. Это странно, поскольку начать полноценную работу над новой российской орбитальной станцией удастся как раз только к концу следующего срока – 2028–2030 годам”.

Популяризатор космонавтики Виталий Егоров также уверен, что заявление Юрия Борисова больше связано с политикой, чем с какими-то техническими проблемами:

“Никаких технических проблем продолжать дальнейшие полеты и эксплуатацию как российского, так и иностранных сегментов МКС нет. Американцы настроены продолжать работать там до 2030 года, а может быть, и позже, сейчас они модернизируют свою часть станции. У России только в июле прошлого года полетел на МКС модуль “Наука”, и отказываться от него через два года не совсем рационально. Ничто, кроме политических разногласий на земле, не гонит Россию с МКС”.

По словам Виталия Егорова, слухи об исчерпании ресурса МКС сильно преувеличены:

“Российских космических чиновников сознательно вводили в заблуждение, чтобы пролоббировать программу российской орбитальной станции. Это выгодно нашей космонавтике, потому что там будет больше заказов, Роскосмос освоит больше денег, в этом все заинтересованы. Да и нынешняя политическая ситуация сложилась не сегодня и даже не полгода назад: всем было понятно, что России с Америкой все сложнее сотрудничать и работать так, как будто ничего особенного не происходит. Но прежде всего это было именно лоббирование строительства новой станции. В российском сегменте, на модуле “Звезда”, действительно были обнаружены “трещины”, через которые вытекал воздух, и переходную камеру пришлось перекрыть, чтобы избежать дальнейших утечек, но эта пробоина связана не со старением металла. Судя по всему, там было какое-то механическое воздействие, причем оно произошло в то время, когда на станцию “прилетал” робот Федор и его протаскивали как раз через этот отсек. Вероятно, речь идет именно о воздействии изнутри. Если таких других воздействий не производить, то станция может летать и дальше”.

Робот Федор на МКС, август 2019 года

Робот Федор на МКС, август 2019 года

Александр Хохлов отмечает, что космическая программа – это непрерывный процесс, любая пауза в котором опасна для развития отрасли:

“Самое важное – понимать: для того, чтобы делать новую станцию, необходимо финансирование. Сейчас как раз заканчивается Федеральная космическая программа, которая принимается в России на десять лет. Она действует до 2024–25 годов, затем правительство России должно утвердить Федеральную космическую программу до 2035 года. Если в нее включат создание российской орбитальной станции, тогда оно и начнется. Сейчас происходит только сравнительно недорогое эскизное проектирование, это еще не полноценная работа над станцией. Для этого нужно пройти этап технического проекта, создания рабочей и конструкторской документации, изготовления опытных образцов, и только после этого – летных модулей, необходимых для станции. Это как раз займет все десятилетие. У России есть задел: это научно-энергетический модуль, его макеты сейчас стоят в РКК “Энергия,” но готового модуля, на котором можно лететь в космос, нет. Кроме того, НЭМ создавался для МКС, у него был один функционал, для российской орбитальной станции у него должен быть другой функционал, то есть придется переделывать всю документацию. Раньше 2030 года в космос у нас точно ничего не полетит, и если Россия выйдет из проекта МКС в 2024–2025 году, у нее будет минимум пятилетний перерыв пилотируемых полетов в космос. Есть вариант, при котором Россия продолжит работать в рамках МКС как коммерческий подрядчик, например, РКК “Энергия” будет коммерческим подрядчиком у НАСА, но опасность большого перерыва в полноценных пилотируемых полетах существует. Она скажется на состоянии отрасли, поскольку это непрерывный процесс: люди получают зарплату, работают, отправляют ракеты, корабли, обслуживают их, а если будет перерыв, возможна некоторая проблема с преемственностью”.

МКС

МКС

Еще один “задел”, который можно было бы использовать для новой российской космической станции, – это модуль “Наука”, пристыкованный к МКС всего год назад, но Виталий Егоров скептически относится к идее отстыковать “Науку” от МКС и использовать его в новом российском космическом проекте:

“В теории такое возможно, если, например, отсоединить этот модуль и совместить его с новым научно-энергетическим модулем, хотя они все равно будут не совсем полноценной станцией, по крайней мере, не для длительных полетов. Это будет, во-первых, довольно странная технически конструкция, а во-вторых, Роскосмос очень долго обосновывал необходимость запуска станции на более высокоширотную орбиту, чтобы станция пролетала над Россией. Сейчас станция захватывает только самые южные части России, южнее 52-й широты, а все, что севернее, она видит, но под таким углом, который не совсем применим с практической точки зрения, если мы хотим наблюдать из космоса за нашей страной. “Науку” мы уже на другую орбиту не перетащим, туда придется запускать что-то другое, при этом нужен будет новый космодром с новой ракетой, то есть туда уже можно будет летать только с Восточного и только на “Ангаре”, “Союз” туда уже не дотянет”.

С учетом всех этих факторов Виталий Егоров, как и Александр Хохлов, считает, что собственную космическую станцию Россия сможет построить не раньше, чем через 10 лет:

“К 2024 году сделать этого Россия однозначно не способна. Можно, конечно, для вида запустить макет или даже частично работоспособный научно-энергетический модуль, который изначально разрабатывался для российского сегмента МКС, и сказать: “Вот, видите, это наша космическая станция”, – но длительное время там экипажи находиться не смогут. Если туда и будут летать, то только на несколько дней”.

Есть и еще одна проблема, которая может повлиять на создание новой российской космической станции, – санкции, введенные странами Запада в ответ на российское вторжение в Украину.

“По работам на МКС есть особый режим с Америкой на поставку электроники, – говорит Александр Хохлов. – И на кораблях, и на станции есть электроника, которая идет с Запада. Простой пример: “сердце” российского сегмента на модуле “Звезда” – это немецкие компьютеры, так называемая центральная вычислительная машина и терминальная вычислительная машина, это несколько системных блоков, которые осуществляют управление именно российским сегментом. Это компьютеры, купленные в Германии. Была даже внештатная ситуация, когда одна ЦВМ сгорела, поэтому России пришлось срочно закупать новые компьютеры в Германии. Сможет ли Россия каким-то образом создать бортовые компьютеры на каких-то своих или китайских элементах? Это тоже вопрос, который будет решаться только потом. До сих пор все главные чипы, которые были на МКС, закупались на Западе”.

Если России без западных компонентов построить свою станцию будет сложнее, то для западных стран продолжить эксплуатировать МКС без российских модулей вполне реально, говорит Виталий Егоров:

“При хорошем политическом раскладе можно было бы рассмотреть вариант, в котором Роскосмос просто передаст американской стороне все свои модули, либо передаст их какому-то российскому “частнику” в концессию, а этот частник будет работать с Америкой и обслуживать американскую станцию. Это маловероятный сценарий. Скорее всего, наш сегмент будет просто удален со станции и заменен на какой-то быстро построенный американцами модуль, который будет выполнять роль российской части, связанную с поддержанием орбиты и с ориентацией МКС. Сейчас двигатели, которые расположены на российском модуле “Звезда”, незаменимы для этой цели, но в НАСА этим вопросом занимаются уже как минимум полгода. Они должны успеть заместить каким-то образом российскую часть, чтобы продолжать самостоятельный полет. Что касается монополии Роскосмоса на пилотируемые полеты, то НАСА удалось избавиться от нее еще в 2020 году благодаря Илону Маску и Space X. Сейчас американские астронавты по большей части летают на МКС самостоятельно. “Обменные экспедиции” будут происходить еще как минимум в ближайшие пару лет, то есть на наших кораблях будут летать американцы, а на их кораблях будут летать русские космонавты. Дальше все будет по отдельности”.

Илон Маск

Илон Маск

Впрочем, и российские партнеры по МКС будут эксплуатировать станцию не вечно. Александр Хохлов рассказывает о том, что они будут делать после окончательного истечения срока эксплуатации станции:

“Сейчас в США происходит эскизное проектирование четырех станций. На три частные станции правительство дало гранты, дальше НАСА сможет закупать у них какие-то услуги. Например, эти частные станции, может быть, не все три, но как минимум две, будут летать на низкой орбите, а американские астронавты полетят туда по контрактам для работы. Четвертая станция, которая грант не получила, – это Axiom Space, которую США планируют построить в рамках МКС, с той стороны, где стыкуется корабль Crew Dragon, 3–4 модуля. В 2030–31 году их планируется отстыковать от МКС и превратить в отдельную станцию. Вместе с канадцами, японцами и европейцами сейчас также создается, причем уже “в железе”, станция Lunar Gateway, окололунная, и все партнеры по МКС, кроме России, планируют переключиться с низкой орбиты на окололунную и летать на нее. Тем не менее на срок с 2024 по 2030 год МКС американцам нужна”.

Несмотря на фактически полный разрыв отношений, говорит Виталий Егоров, у России остаются совместные космические проекты с западными странами, но в области пилотируемой космонавтики МКС является последним примером такого сотрудничества:

“На марсоходе Curiosity стоит российский прибор, на околомарсианской орбите летает российско-европейский GRACE, совместная работа продолжается. На европейском аппарате BepiColombo к Меркурию также летит российский прибор, и он только долетит в 2024 году. Все это сотрудничество идет по линии Российской академии наук, а не Роскосмоса, поэтому пока эти проекты как-то сторонятся политических проблем. Они и МКС – это последние наши зацепки за международное сотрудничество в космосе”.

Источник новости